Проверяемый текст
Федулова Анна Борисовна. Семья и семейные ценности (Диссертация 2003)
[стр. 82]

стороной потребности в детях, которая сформирована у человека под влиянием микросреды, усвоенных образцов поведения и семейных ролей.
Бойко также добавляет социально психологические явления и процессы, посредством которых личность выражает отношение к детям вообще, и к их числу в семье в частности, это репродуктивные установки, представления о функциях детей в жизнедеятельности индивида, ценность детей на фоне прочих материальных и духовных предпочтений личности, отношение к трудностям, связанным с рождением и воспитанием детей и др.
По мнению
Н.Г.
Ивченко, наличие детей в семье также сопряжено и с интересами общества.
Автор отмечает, что «если многодетность в прошлом была все таки следствием гармонии личных и общественных интересов, то
сегодняшняя малодетность есть результат их противоположности»118.
Таким образом, автор убежден, что «основное отличие репродуктивной функции современной семьи от традиционной состоит в степени совместимости, гармоничности репродуктивных решений личности с интересами
общества»119.
Таким образом, уровень рождаемости (наличие детей в семье) отражает степень соучастия в этом процессе ценностей семьи, индивидов и общества.
Можно сказать, что рождаемость есть определенный интегрирующий показатель сотрудничества и соперничества этих ценностей.
В русле современных исследований, авторитетной является позиция А.И.
Антонова и В.М.
Медкова.
По их мнению, центральным отношением, играющим роль своеобразного ориентира для репродуктивного поведения, является оппозиция потребности в детях (в определенном их числе) и фактического их числа в семье.
Согласование всех действий, образующих линию репродуктивного поведения, осуществляется системой диспозиций, соотношением в ней семейных (связанных с семьей) и
внессмейных (связанных с активностью вне семьи) ценностных ориентации.
1.8 Ивченко С.Г.
Духовные основы русской семьи.
Ростов на Дону, 1996.
С.110.

1.9 Там же.-С.ПО.
82
[стр. 150]

экономическими и бытовыми сторонами жизни, то ее численный показатель снижается"299 300 301.
Таким образом, наличие детей в семье, их функциональная ценность теснейшим образом связана с социально психологическими факторами, как на уровне семьи, так и на уровне личности.
На уровне семьи это представления супругов об удовлетворительных жилищно бытовых и материальных условиях, разделения внутрисемейных обязанностей, ролевые позиции супругов, их отношение к своему образу жизни, особенности досуга, прочность брака, особенности переживания личностью стадий становления семейно брачных отношений (периоды до и после появления первенца и каждого последующего ребенка, отделение от родственников, разводы и т.п.) .
На уровне личности репродуктивное поведение предопределяется той стороной потребности в детях, которая сформирована у человека под влиянием микросреды, усвоенных образцов поведения и семейных ролей.
Бойко также добавляет социально психологические явления и процессы, посредством которых личность выражает отношение к детям вообще, и к их числу в семье в частности, это репродуктивные установки, представления о функциях детей в жизнедеятельности индивида, ценность детей на фоне прочих материальных и духовных предпочтений личности, отношение к трудностям, связанным с рождением и воспитанием детей и др.
По мнению
Е.Г.
Ивченко, наличие детей в семье также сопряжено и с интересами общества.
Автор отмечает, что "если многодетность в прошлом была все таки следствием гармонии личных и общественных интересов, то
301 сегодняшняя малодетность есть результат их противоположности .
Таким образом, автор убежден, что "основное отличие репродуктивной функции современной семьи от традиционной состоит в степени совместимости, гармоничности репродуктивных решений личности с интересами
общества"302.
299 Там же.
С.89-90.
300 См.: Урланис Б.Ц.
Динамика уровня рождаемости в СССР за годы Советской власти // Брачность, рождаемость, смертность в России и СССР.
М., 1977.
301 Ивченко Е.Г.
Духовные основы русской семьи.
Ростов на Дону, 1996.
С.110.

302 Там же.-С.
110.
150

[стр.,151]

Таким образом, уровень рождаемости (наличие детей в семье) отражает степень соучастия в этом процессе ценностей семьи, индивидов и общества.
Можно сказать, что рождаемость есть определенный интегрирующий показатель сотрудничества и соперничества этих ценностей.
В русле современных исследований, авторитетной является позиция А,И.
Антонова и В,М.
Медкова.
По их мнению, центральным отношением, играющим роль своеобразного ориентира для репродуктивного поведения, является оппозиция потребности в детях (в определенном их числе) и фактического их числа в семье.
Согласование всех действий, образующих линию репродуктивного поведения, осуществляется системой диспозиций, соотношением в ней семейных (связанных с семьей) и
внесемейных (связанных с активностью вне семьи) ценностных ориентаций.
"При прочих равных условиях число рождений будет больше там, где преобладают ориентации на семейные ценности (на детей прежде всего), поскольку это преобладание обусловит восприятие окружающих условий (то есть их оценку) как благоприятных для реализации имеющейся потребности в детях (независимо от того, каковы эти условия "на самом деле" или в глазах других).
Если же, напротив, преобладают ориентации на внесемейные ценности (образование, профессиональная карьера, социальная мобильность и пр.), а ориентация на семью и ее ценности слабы, то это обусловит оценку даже самих по себе "хороших" условий жизни как неблагоприятных для полного удовлетворения потребности в детях"303.
Сфера бранно-семейных отношений занимает особое место в структуре семейных ценностей индивида, семьи и общества в целом, поскольку семья это, прежде всего, разновозрастный коллектив, объединяющий равноправных членов, связанных родственными узами, а также супружескими, родительскими и иными обязанностям.
Семью, как коллектив, объединяют общие цели, интересы, единство взглядов и устремлений, что, в свою очередь, влияет на социально3(Ъ Антонов А.И., Медков В.М.
Социология семьи.
М.: Изд-во МГУ: Изд-во Международного университета бизнеса и управления «Братья Карим», 1996.
С.212-213.
151

[Back]